Ноя 2010 06

Это также может быть своеобразной формой индустриальной тренировки. В Путяне Лин поделился со мной своими планами. «Производство поддельной обуви это промежуточное состояние», — говорит он. «Мы сейчас развиваем свой собственный бренд. В перспективе мы хотим сделать свои бренды, заработать собственную репутацию». Похоже, что цели Лина разделяет и правительство Китая: официальный запрет на производство подделок компенсируется либеральным к нему отношением. Видимо правительство Китая надеется на то, что полученные навыки будут использованы производителями для организации легального бизнеса.

22fake 3 popup Производство поддельных кроссовок. Взгляд изнутри. часть 4

На подошве отсутствует стандартный идентификатор. Логотип New Balance менее детализован и не не имеет характерного металлического оттенка. Перфорация на ткани меньше, чем у оригинала.

Производство поддельных кроссовок в Путяне работает совершенно открыто. Стоит вбить в строке интернет-поисковика «Putian Nike», и сотни ссылок направят вас на сайты продавцов, продающих подделки. «Люди, которые делают и продаю этот продукт известны», — говорит Харли Левин (Harley Lewin), адвокат по вопросам интеллектуальной собственности конторы McCarter & English. «Если раньше они скрывалиcь, то сейчас все известно и найти их проще простого».

Студенческая улица в центре Путяня засажена деревьями и идет вдоль двухполосной дороги сквозь магазины, заваленные только поддельными теннисными кедами. Я потратил всю вторую половину дня исследуя их. Как и продукты внутри, магазины варьируются по качеству. Один напоминает Urban Outfitters — торчащие трубы, кирпич, стеклянный фасад, через который освещается все внутри, электронная музыка в стиле down-tempo, играющая на заднем плане. Но большая часть магазинов мало заботится об эстетике и ограничивается фасадом из металлической решетки и приоткрытыми ставнями, которые говорят о том, что магазин работает.  Я заглянул в один из таких магазинов и очутился в комнате, 2 стены которой, располагавшиеся друг напротив друга, были увешаны кроссовками запакованными в прозрачный пластик: последние модели Air Jordan, LeBron James, Vibram FiveFingers и т.д. Это было как Foot Locker только с подделками.

Я  взял со стойки пару черных Nike Free, повертел в руках, согнул-разогнул подошву, прощупал строчку и даже понюхал клей, провел так сказать, стандартную процедуру. (Кстати, я никогда не мог понять отличие в запахе клея.) Кроссовки, которые стоили порядка 12 долларов в магазинах на этой улице, казались неотличимыми от тех, что я купил жене за 85 долларов в США. "Я не знаю, смог бы ли я отличить поддельную обувь сразу,” — сказал мне Болман (Ballman), заместитель директора Национального Центра Координации Прав на интеллектуальную собственность. Если кто-то, кто специализируется на защите прав на интеллектуальную собственность большую часть своей карьеры карьеры, не был уверен, что смог бы найти отличие, то как мог сделать это я? (Болман сказал, что ключевым отличием является тяжелый запах клея.) Как сказал мне один китайский продавец контрафата в Пекине: «Обувь настоящая, просто бренд на ней — подделка».

«Вы хотите купить для себя или на продажу?», — осведомилась высокая женщина 30 с небольшим лет, когда я рассматривал кроссовки. Ее муж сидел за ней, вглядываясь в большой монитор. Их дочка сидела невдалеке за другим компьютером с гарнитурой на голове, играя в какую-то игру. Магазин таким образом оказался еще и оптовым складом. Женщина сказала позже, что она и ее муж управляют небольшой фабрикой, также как и магазином. Они нуждались в торговых представителях, которые смогли бы наладить поставки их кроссовок на западные рынки. «Мы можем сделать скидку при заказе большой партии», — добавила она.

Я спросил, сколько времени понадобится для изготовления 2 000 пар обуви. «C момента как пришлете образец около месяца». Ее муж громко добавил, что они гарантируют высочайшее качество. «Мы используем такие же материалы. В путяне доступны все лучшие материалы». (Лин, тем не менее, оспорил это утверждение, сказав, что использование таких же материалов неизбежно ведет к увеличению цены.)

Я решил спросить еще кое-что: «Как я смогу провезти через таможню США 2 000 пар контрафактоной обуви?».

«Они придут не из Путяня», — сказал он. Или по крайней мере в документах это не будет значится. «Мы обычно доставляем через Гонконг по нашему пути в Америку. Не беспокойтесь, мы это делали уже не однократно».

Неделю спустя я вылетел в Гонконг на встречу с частным детективом по имени Тед Кэвоурас (Ted Kavowras). Он управляет фирмой Panoramic Consulting. В ее штате около 30 человек (в Китае и Гонконге), они занимаются различными расследованиями. (Также он является представителем Китая и Гонконга в Мировой Ассоциации Детективов.) Его основным направлением являются дела о фабриках по производству подделок и сетях распространения контрафакта.

«До последних семи лет организация экспорта из Китая была более сложна и запутана, не было интернета, этого огромного окна в мир», — говорил мне вечером Тед за бутылкой диетической колы и шашлыком из осьминога в одном из маленьких японских ресторанов, расположенных рядом с его офисом. «Большая часть экспорта проходила через местные государственные транспортные компании. Все было централизовано. Я сейчас этим занимаются все кому не лень.»

продолжение следует...

Автор: Nicholas Schmidle.

Перевод: Нестеренко Павел.

Источник: New York Times.

Оставить комментарий

Top Top